Работая над текстом диссертации, автор замечает, что силы его быстро идут на убыль. Бодро начав с нескольких страниц в день, он постепенно снижает ежедневную норму, а потом и вовсе делает долгий перерыв. Одна из возможных причин такого снижения работоспособности — неразумный распорядок дня. Диссертанты любят объявлять себя «совами», что дает им моральное право не начинать работу над текстом диссертации до позднего вечера.

Военная служба научила нас, что, если обстоятельства заставят, любая сова довольно скоро научается петь жаворонком. Во всяком случае, попробовать стоит. Ложитесь в 8-9 часов вечера и вставайте не позднее 4 часов утра. Ведро холодной воды на голову, большая чашка кофе, и в вас проснутся такие творческие силы, о существовании которых вы и не подозревали. Но научные работники — упрямый народ, и после целого дня бестолковой беготни наш диссертант, пожелав домочадцам спокойной ночи, садится в кухне за стол и пытается с помощью кофе и сигарет одолеть накатывающее на него отупение. Не надо упрямиться, последуйте доброму совету, и вы сбережете время, силы и здоровье. Если же вы — счастливый аспирант и не обязаны ежедневно ходить «в присутствие» к девяти утра, попробуйте другой вариант режима. Один-полтора часа сна (не больше и не меньше) примерно с шести-семи вечера, подъем, ведро воды, чашка кофе и «ай да Пушкин!». Четыре-пять часов напряженной работы и снова отбой. Днем можно перепечатывать написанное ночью и заниматься чем угодно, лишь бы не пропустить время вечернего сна.

Любой из названных вариантов смещенного режима сокращает количество ваших контактов с людьми, что также сберегает время и силы. Некоторая отрешенность от суеты — обязательное условие любого творчества. Еще Плиний жаловался, что в Риме невозможно писать: мешают светские обязанности. А ведь тогда не было главного зла — телефона! На телефонные звонки ваши близкие будут отвечать: «Он(а) спит. Разбудить?» — «Спасибо, я позвоню в другой раз». Так что смещайте режим и живите на своей собственной планете.

Есть еще два заклятых врага автора — алкоголь и телевизор. Если с первым злом большая часть творческих людей как-то научилась хотя бы временно справляться, то второй враг становится все более коварным. Современное ТВ живет на доходы от рекламы, главное же требование рекламодателя таково: взглянув на экран, зритель не должен найти в себе силы от него оторваться. Организуйте свою жизнь так, чтобы никогда даже не проходить мимо работающего телевизора. «Я посмотрю пять минут и вернусь за стол», — чтобы выполнить это, нужно обладать патологической силой воли. Разумеется, со своего рабочего места вы не должны слышать телевизор. Если вам трудно «посадить себя за стол», последуйте совету профессора В. И. Бегуна: работайте в одном и том же месте, водно и то же время суток и в одной и той же одежде. Все эти мелочи помогут вам примириться с неизбежным.

2. «Единым духом»

Профессор Алексей Николаевич Максименков (1906-1968) в своей замечательной книге "Лекции по методике научно-исследовательской работы" (1972) дает мудрый совет: делать перерывы между написанием глав диссертации, но каждую отдельную главу писать единым духом, пока содержание уже написанных частей свежо в памяти. Это прекрасное правило стоит толковать расширительно: всю диссертацию (первый вариант ее) следует написать как можно быстрее. Конечно, от вас потребуется большая «мощность», но общий объем усилий существенно сократится. Этому есть две причины:

1. Человек удивительно быстро забывает даже то, что написал сам, в результате появляются повторения и противоречия в данных и их трактовке.
2. Человек подсознательно стремится уйти от интеллектуального и эмоционального напряжения, связанного с сочинительством. Отложив работу над диссертацией, вы с каждым днем испытываете все большее желание забыть о ней навсегда. Горькое лучше глотать быстро.

Временную норму определить трудно, но за два месяца вы должны справиться с «первым вариантом» кандидатской диссертации. Бывали случаи, когда это делали за две недели или за месяц. Так что восемь недель, наверное, разумный срок при условии, что автор в это время будет ходить «в присутствие» не чаще одного раза в неделю и не будет обременен сверх меры домашними делами.

3. Проблема последовательности изложения

Перед вами чистый лист бумаги или монитор компьютера, на котором вы должны полно и ясно изложить какие-то факты и объяснить их значение. Для начинающего автора это — почти непосильная задача. По опыту своих первых публикаций он уже знает, что такое «стресс чистого листа». Главная проблема состоит для него не в поиске удачных выражений (хотя и это трудно), но в последовательности изложения. Невероятно трудно сказать все, ничего не упустив и нигде не повторившись («правду, одну только правду и ничего, кроме правды»). Диссертант отвечает на эту ситуацию одной из двух возможных реакций. Более распространенная из них — неспособность начать, ступор. Другой вариант — обилие слов, метание от одного предмета к другому и постепенно нарастающее ощущение хаоса.

Вы интуитивно чувствуете, что существует некая система изложения, которая позволит вам толково и просто рассказать о предмете. Вам удается нащупать отдельные ее элементы, но вся система в целом ускользает от вашего мысленного взора.

Синтетический метод. Первый способ выйти из этого положения таков. После долгих мучительных попыток определить оптимальный порядок изложения автор, подгоняемый сроком сдачи диссертации, оставляет эти попытки и излагает материал фрагментами, начиная с того, что легче поддается описанию. Фрагменты, лучше в печатном виде, он раскладывает на широкой плоской поверхности (проще говоря, на полу) и, просматривая взглядом содержание каждого, снабжает его кратким заголовком (в одно-два слова). Потом он пробегает взглядом по этим рабочим заголовкам и вскоре замечает, что между содержанием двух-трех фрагментов есть некоторая близость, и располагает их рядом. Появляется первое идейное ядро, потом таким же образом — второе, третье и т. д. Позже удается найти логическую связь между этими группами и объединить их в группы второго порядка, те — в группы третьего порядка. Как правило, на этом процедура систематизации заканчивается. Фрагменты располагают один за другим и с помощью коротких связующих предложений создают текст. Заметим, что сделать это на мониторе (без распечатки черновиков) начинающему автору трудно, а скорее — невозможно. «Глубина» материала более чем в две ступени создает слишком большую нагрузку на оперативную память диссертанта. Процедуру систематизации фрагментов вы проведете быстрее, если с самого начала решите для себя вопрос о том, что именно является системообразующим фактором в вашей области науки, то есть по какому признаку следует классифицировать материал. Правильно определив такой системообразующий фактор, вы продумываете наилучшую последовательность изложения данных.

Аналитический метод. В центре большого листа плотной бумаги карандашом рисуем круг и пишем в нем название диссертации, например: «Влияние фактора Х на объект Y в условиях Z». Названия крупных частей будущего текста помещаем в кружках меньшего размера, расположенных вокруг основного,например: Введение, Обзор литературы, Методы исследования и т. д. до Выводов и списка литературы. Производим еще одну операцию дробления. Например, Методы исследования разделятся на:

• объект исследования — больные определенной категории, здоровые испытатели, лабораторные животные или культура клеток;
• способы воздействия на объект — способы лечения, вводимые в организм или клеточную культуру биологически активные вещества, измененные условия внешней среды и т. п.;
• регистрируемые параметры биообъекта — физиологические, биохимические и прочие показатели.

Если вы сомневаетесь в необходимости какого-либо элемента схемы, то помечаете это удобным вам способом, например, вместо гладкой окружности рисуете волнистую линию. Когда будете писать текст, вопрос «нужен — не нужен» решится сам собой, а до того момента неплохо иметь запас идей. Так границы будущей главы (или раздела крупной главы), ее элементы и связи между ними будут почти окончательно определены до того, как первое слово текста ляжет на бумагу. Еще большая концентрация мысли достигается применением символов и пиктограмм. При этом автор одним взглядом охватывает во много раз больший материал, чем если бы он был выражен словами. Манипулирование идеями «в чистом виде», без попыток их словесного выражения позволяет сделать структуру будущего изложения максимально логичной и ясной. Случайные повторения смысловых единиц почти исключаются: Когда строгая логическая последовательность элементов будет определена, вам останется лишь прокомментировать ее в немногих словах. Это и будет текст вашей работы..

Компиляция. Сходство двух способов структуризации материала очевидно, противоположен только порядок действий — укрупнение в первом случае и дробление во втором. Укрупняя материал, автор, как правило, использует не символические записи фактов и идей, а фрагменты текстов. Здесь смысловое единство легко может быть подменено словесным сходством и синтез превратится в простую компиляцию. Внимательный читатель это обязательно почувствует. Так что выбор метода — за вами. Если вы все же выбрали синтетический метод, сделайте максимально краткие и крупные заголовки для всех фрагментов текста (можно использовать аббревиатуры, символы и пиктограммы) и работайте именно с ними, не обращая внимания на то, подходит ли последнее предложение одного фрагмента к первому предложению другого. Изменения в них вы успеете внести при редактировании.

Недостатком «аналитического» метода является то, что он требует некоторой тренировки, но затраты времени быстро окупаются качеством изложения. Однако иногда случается, что обилие материала или отвлеченность темы сочинения ломают все попытки автора, уже имеющего некоторый опыт научно-литературной работы, применить этот метод.При написании текста диссертации очень важно все время помнить, что пишете вы ее не для себя, а для читателя. Поэтому структура диссертации должна отражать природу предмета вашего исследования, а не последовательность ваших экспериментов и наблюдений, то есть саму истину (насколько это возможно, конечно), а не ваши метания в попытках ее найти.

4. Не более одного рукописного черновика

Если вы все еще пишете первый вариант текста от руки, соблюдайте правило: не более одного рукописного черновика, то есть написали и сразу же перепечатайте. Причины совета таковы:

• человеку свойственно менее критическое отношение к собственной работе, чем к чужой. Начинающему автору написанный им текст кажется понятным и не требующим доработки. Печатная форма создает хотя бы небольшой «эффект отчуждения», и потому к такому тексту легче отнестись критически и редактирование будет более успешным.
• печатная форма позволяет охватить взглядом сразу большой фрагмент текста, что также облегчает редактирование.
• объем текста диссертации измеряется количеством машинописных страниц (напоминаем, одна такая страница вмещает примерно 1800 знаков, считая вместе с пробелами).

5. Контролируйте объем написанного

Желательно уже на первых этапах работы над текстом ориентироваться в том, сколько вы сделали и, главное, не слишком ли много написали. Примерный объем глав и разделов кандидатской диссертации таков: Введение — примерно пять страниц, Обзор литературы — 20-25, Методы — 15, Результаты и обсуждение — около ста страниц. Приведенные ориентировочные цифры касаются только текста в строгом смысле слова, без учета таблиц и рисунков, количество которых ничем, кроме здравого смысла, не ограничено.

Правку текста автору и научному руководителю удобнее производить, если первый вариант диссертации отпечатан с широкими полями. Это позволяет размещать обширные вставки, многочисленные эскизы иллюстраций и рабочие пометки. Последние необходимы в случае, когда читающий считает необходимым перенести большой фрагмент текста из одного раздела диссертации в другой, устранить дублирование или дополнительно проверить изложенные факты. Расширить поля при работе на компьютере нетрудно.

6. Избегайте дублирования текста

Каждый раз, садясь за компьютер, чтобы что-нибудь изменить в тексте, начинайте с того, что снимайте с текстового файла копию и работайте только с ней, а оригинальный файл (предыдущую версию текста) отправляйте в специально созданную папку под названием «АРХИВ». Желательно также в имя файла включать дату его создания или изменения, например «глава Результаты_100922», что означает, что вы последний раз работали с этим файлом 22 сентября 2010 года. Если дата изменения входит в имя файла, вы можете держать в рабочей папке 2-3 последние версии, выстроенные в хронологическом порядке.

Если вы трудитесь над текстом попеременно дома и на службе, надо сразу приучить себя по окончании работы обязательно переписывать новую версию файла на флешку и помечать ее «100922_домой» или «100922_на службу». Практически каждому автору случалось расплодить компьютерные версии своего текста и потом одну и ту же правку вносить по несколько раз. И эта проблема может быть решена чисто «машинным» путем: есть программы сравнения текстов, выделения правки и т. п., но абсолютное большинство авторов в своем компьютерном развитии до таких изысков не доходят и просто «пишут в Word'e».

7. Отсылки

Иногда автор ощущает необходимость сказать об одном и том же предмете в двух или нескольких главах (разделах глав). В этом случае он должен выбрать ту главу или тот раздел, содержанию которых данный фрагмент текста соответствует в наибольшей степени, а в остальные поместить отсылки. Если разделы глав пронумерованы, отсылки будут короткими и не нарушающими хода повествования, например: «вопрос о (том-то) рассмотрен нами в разделе 3.2» или «обсуждение этих результатов см. в разделе 5.3».

Может случиться, что фрагмент будет в равной степени соответствовать содержанию двух глав. Поместите его в любую. В процессе редактирования ваша диссертация сильно изменится, и тогда, если сочтете нужным, вы поменяете местами фрагмент и отсылку.

8. Последовательность написания глав и разделов текста

Начинающему автору трудно решить, в какой последовательности готовить главы диссертации. Чаще всего он начинает с Обзора литературы, поскольку чувствует настоятельную потребность свести воедино все, что он узнал из книг и журналов о предмете своего исследования. За Обзором следуют Методы — автору легче говорить о чем-то конкретном. Потом он изложит Результаты, проанализирует их в Обсуждении (или напишет несколько «комплексных» глав Результатов и Обсуждения — приемлем любой из этих двух вариантов, о чем подробнее сказано в соответствующих главах данной книги) и сформулирует Выводы. Казалось бы, остается дополнить диссертацию некоторыми обязательными аксессуарами — Введением, Списком литературы, Оглавлением и т. п. — и первый вариант текста может быть представлен научному руководителю. Вот тогда-то и окажется, что Выводы не отвечают ни стандартам, принятым для диссертаций, ни замыслу руководителя.

В общем, Выводы вы радикально переделываете, и тут оказывается, что нужно вносить существенные изменения и в Результаты (излишнее для подтверждения новой версии выводов — убрать, недостающее — добавить). Обсуждение изменится еще больше. Описание некоторых методик исследования окажется ненужным, другие, наоборот, потребуют более детального изложения.

Даже если всего этого не произойдет (что очень маловероятно), уж литобзор обязательно окажется не соответствующим своему назначению. Это — правило без исключений. Автор, сдавший на своем веку более полусотни различных экзаменов, не может отказаться от укоренившейся привычки и вместо доказательства необходимости проведения данного конкретного исследования готовит пространный конспект всего, что знает по избранной теме. Оказывается, литобзор надо писать заново (именно заново, любая переработка старого текста нужного результата не даст). Так что же остается от текста? Множество фрагментов длиною в 10-12 строк и ощущение собственной несостоятельности. Муки творчества укрепляют дух автора и дают ему ценный опыт, но приводят к потере времени и сил.

Тем не менее обычная последовательность написания разделов диссертации, применяемая большинством авторов, такова:

1. Обзор литературы (1-я версия);
2. Методы исследования;
3. Результаты исследования;
4. Обсуждение результатов (если оно отделено от Результатов);
5. Заключение (если есть);
6. Выводы;
7. Практические рекомендации (если есть);
8. Обзор литературы (2-я версия);
9. Введение.

За ними следуют «аксессуары»:

• Приложения (если есть);
• Список сокращений;
• Литература (список);
• Оглавление;
• Титульный лист.

Постараемся перечислить наиболее распространенные среди начинающих исследователей заблуждения и вредные поверья. Заблуждение первое состоит в том, что считают возможным с помощью принципиально новых, недавно предложенных и пока не проверенных методов изучать новые же, неизвестные прежде явления. Другое заблуждение — усилия во вспомогательных областях способны существенно повысить класс вашей работы.

Постараемся перечислить наиболее распространенные среди начинающих исследователей заблуждения и вредные поверья. Порядок перечисления произволен и не указывает на большую или меньшую значимость или встречаемость того или иного «уклона».

1. Исследовать неизвестное посредством известного

Заблуждение первое состоит в том, что считают возможным с помощью принципиально новых, недавно предложенных и пока не проверенных методов изучать новые же, неизвестные прежде явления. Один из соратников по научной борьбе сводит вас с какими-то людьми, отличительными чертами внешности которых являются джинсы, лыжный свитер, лохматая шевелюра и очки в толстой оправе. Работают они в каком-то техническом институте, «который вообще-то до прошлого года был закрытым», — названия его вы все равно не запомните. Эти люди показывают вам прибор, который, по их словам, измеряет сверхслабые, скажем, электромагнитные поля, излучаемые XFZ — структурой человеческого тела. Вы берете этот прибор и начинаете с его помощью доказывать лечебный эффект еще не запатентованного лекарственного препарата. Кто потом поверит вашим данным? Нельзя исследовать неизвестное неизвестным!

Хотите использовать именно этот прибор? Пожалуйста, сначала проверьте его на уже открытых фактах. Выберите подробно описанный процесс и покажите, как изменяется значение параметров А, B и С на шкалах вашего прибора. Получите результаты, сопоставимые с теми, что получили другие исследователи с помощью иных, считающихся надежными, методов (и описали это в солидных журналах или руководствах), — можете применять прибор. Если такой путь вам почему-либо не подходит, пользуйтесь только общепринятыми методами.

2. Прямые показатели — предпочтительнее

Второе заблуждение заключается в том, что всевозможные индексы и производные, образованные из обычных прямых физиологических, биохимических и прочих показателей, могут добавить нечто принципиально новое к пониманию биологических процессов. Исследователь наивно полагает, что если он разделит, скажем, частоту сердечных сокращений на частоту дыхания и прибавит к результату величину пульсового давления, то получит некий новый и более мощный инструмент для проникновения в суть явления. Это замечание не следует понимать буквально. Расчет потребления кислорода на квадратный метр поверхности тела, соотношение экскреций натрия и калия с мочой — примеры вполне оправданного отхода от простых показателей. Соблазн городить один на другой индексы и соотношения привел к появлению десятков новых параметров, каждый из которых отражает лишь субъективные пристрастия его автора. Утверждения о том, что такой-то индекс указывает на преобладание в механизмах регуляции такого-то компонента — типичный пример наукообразия. И хочется вслед за генералом-эмигрантом у Тэффи сказать: «Все это, конечно, хорошо, господа! Очень даже хорошо. А вот... ке фер? Фер-то ке?» — Что с этими результатами делать дальше?

Приведем пример: начинающий исследователь заявляет о создании «ИМ — индекса Мытникова» (фамилия изменена):

ИМ = (САД / ДАД) х ЧСС,

где САД — систолическое артериальное давление, ДАД — диастолическое артериальное давление, ЧСС — частота сердечных сокращений.

Чуть ли не половину своей диссертации он посвящает рассуждениям о динамике ИМ в процессе адаптации моряков к длительному подводному плаванию. С детской непосредственностью он уверяет опытных морских врачей, что величины ИМ до 117,3 указывают на благополучный ход адаптационного процесса, а ИМ более 121,5 должен вызвать у врача тревогу. В результате даже самые благодушные члены Совета не могут отказать себе в удовольствии потрепать злополучный индекс и его незадачливого автора. Если бы соискатель ввел в формулу еще две-три переменных, уже никто не понял бы, о чем вообще идет речь. Не вводите ненужных индексов, пользуйтесь «прямыми» показателями.

3. Классификация не решает проблему

Заблуждение третье: классификация решает проблему. Исследователь, по каким-либо причинам работавший слишком самостоятельно, докладывает, что результаты его исследований позволяют выделить в такой-то реакции три (иногда четыре, иногда пять, но чаще — три) типа реагирования: гипо-, нормо- и гипер-. За этим заявлением обычно следуют процентные соотношения: к гипертипу — столько-то, к нормотипу — столько-то и т. д. На этом гордый проделанной работой диссертант замолкает, ожидая одобрения: он разработал новую классификацию! Жаль, если автор не понимает, что любая классификация по одному признаку сама по себе никакой ценности не имеет. Ценность классификация приобретает только тогда, когда в ней использовано одновременно не менее двух систем критериев.

Рассмотрим это на простом примере. Утверждение о том, что все люди делятся на худых, средней комплекции и толстых, — лишено научного содержания. Его невозможно подвергнуть критике. Любой континуум можно разделить на три, пять, десять или х-1 отрезков. Число их определяется только вкусами автора. Повторим, подобное утверждение бессодержательно, поэтому оно не может быть ни верным, ни ошибочным. Если же автор одновременно показывает, что представители выделенных им конституциональных типов с разной вероятностью заболевают, скажем, атеросклерозом, научное содержание в сообщении появляется.

В принципе, любая классификация должна указывать на связь между двумя или несколькими параметрами.

Относительно классификаций хотелось бы процитировать один из апокрифических законов: «Всякая полезная классификация содержит от трех до шести градаций. Если их меньше трех — это не классификация, если их больше шести — она никому не нужна». За этой шуткой стоит вполне серьезный закон психологии, гласящий, что объем внимания (и с некоторыми поправками — непосредственной и оперативной памяти) не превышает 7 ± 2 альтернативы (магическое число Миллера). Знание этого закона очень важно для исследователя.

4. Корреляция — еще не причинная связь

Заблуждение четвертое является результатом увлечения корреляционным анализом. Измерив множество физиологических, биохимических и прочих показателей, наш исследователь отправляется в вычислительный центр, где заполняет матрицу данных, скажем, 20 х 20. Машина выдает таблицу коэффициентов корреляции размером с полутораспальную простыню, притом величина этих коэффициентов колеблется от -0,11 до +0,17. Величина массива данных делает эти коэффициенты статистически значимыми, что прямо указывает на то, что связь между исследуемыми факторами — маловероятна и заниматься поиском ее — пустая трата времени. Вместо того чтобы сразу понять это, автор начинает размышлять о причинах слабых связей между параметрами Н и В, L и М. Иногда приходится слышать удивительные утверждения о том, что есть особые области знания (например, психология), в которых связи между отдельными явлениями настолько слабы, что и r = 0,20 заслуживает рассмотрения. Оставим это утверждение без комментариев.

Очередной шаг в развитии компьютерной техники принес новую проблему: ориентируясь на величину корреляции между отдельными параметрами, машина объединяет их группы или факторы. Исследователи получили возможность начать захватывающую игру: теперь они анализируют корреляционные связи между такими факторами. Конечно, вас могут с интересом выслушать о том, что, например, индивидуальная переносимость человеком дыхания смесью с пониженным содержанием кислорода связана сильной корреляционной связью ( r > 0,75) с фактором Н-2, в который входят: (а) масса тела с отрицательным знаком; (б) длина стопы; (в) кислотность желудочного сока натощак и (г) скорость простой сенсомоторной реакции. А нам остается только вновь повторить вместе с героем Тэффи: «Фер-то ке, господа?»

5. Играйте на своем поле

Заблуждение пятое: усилия во вспомогательных областях способны существенно повысить класс вашей работы. Еще лет десять назад довольно часто встречались исследователи — биологи и медики, считавшие для себя неприличным появиться в халате, из кармана которого не выглядывала бы отвертка. Они паяли, собирали и налаживали, они обеспечивали ощущение занятости себе и другим, но очень мало что добавляли к своей основной специальности — физиологии, биохимии, клинике. Теперь эта тенденция ухода «на стык наук» приняла иные, более массовые и еще более разрушительные формы. Исследователи проводят за компьютером значительно больше времени, чем собственно у своей экспериментальной установки. «Флешки» на много гигабайт, разрывающий душу сленг, в котором смешались плохо прочитанный английский со школьным арго — и обязательное выражение глубокой думы на челе. Как объяснить молодому человеку, что профессиональным компьютерщиком он не станет, но очень возможно, не станет и физиологом, биохимиком или морфологом?

Такое увлечение все новыми и новыми программными продуктами (слова-то какие!) — не что иное, как подсознательная попытка уйти от крайнего напряжения мысли, необходимого для открытия чего-то нового в вашей собственной проблеме. Внутренний человек, черная тень которого не раз ляжет на страницы вашей диссертации, спасает вашу психику от, возможно, чрезмерного напряжения и подсказывает вам: «Есть новая программа! Возможности — в четыре раза больше всех предыдущих версий!» А вам бы и прежней версии хватило бы за глаза, только направить ее пусть и небольшую мощь надо было на решение проблемы.

Появление персональных компьютеров на столах исследователей принесло им великое облегчение: упростились обработка и хранение данных как экспериментальных, так и литературных, изготовление иллюстраций, редактирование текстов и многое-многое другое. Распространение персональных компьютеров резко снизило требования, которые соискатели кандидатской степени предъявляли прежде к качеству собственных сочинений. Еще несколько лет назад стоило трижды подумать, прежде чем отдать рукопись машинистке — ей полагалось платить, и больше двух перепечаток тощий карман диссертанта не выдерживал. Иное дело теперь! Можно принести научному руководителю что угодно, и пусть себе исправляет то, что вы должны были бы исправить сами, если бы не ленились. После замечаний руководителя вы легко перетасовываете текст, не улучшая всерьез его качества, и приносите снова: «Василь Василич, я все переделал». После пятого раза Василий Васильевич сдастся и скажет: «Ладно, Коля, подавай в Совет». — Степень будет получена, но качество подготовки специалиста окажется ниже, чем пять-десять лет назад.

6. Выборка должна быть достаточно большой

Заблуждение шестое касается необходимого объема выборки. Здесь не действует правило «чем больше, тем лучше». Размер выборки должен обеспечить получение статистически значимого результата. Если такого результата нет, можно попытаться расширить выборку, но это редко дает желаемый эффект. Настоящая закономерность заметна и на небольшой выборке, если нет — значит, не такая уж это и закономерность. Лучше остановитесь, подумайте, подправьте методику исследования и употребите силы и время на поиск в новом направлении.

Если неразумное расширение выборки можно считать малым грехом, то метание от одной методики к другой — грех тяжкий. Представим себе так называемое лонгитюдное исследование, идея которого заключается в длительном (многомесячном или даже многолетнем) отслеживании динамики каких-либо физиологических, психофизиологических или иных показателей в одной и той же группе испытуемых или экспериментальных животных. Поставив себе такую задачу, исследователь должен после относительно краткого периода «пристрелки» определить, насколько это возможно, окончательный перечень методик. Он должен отчетливо понимать, что любое изменение методик «отправит в корзину» все данные, полученные с помощью предыдущего варианта. Добавление новых методик также подорвет идею «лонгитюда». Вариантом этой же ошибки является частичная замена объектов исследования в ходе самого исследования.

Чтобы избежать этой ошибки, исследователь, кроме тщательного планирования эксперимента, должен еще и обрабатывать данные, полученные на каждом его этапе, до начала следующего, и заносить результаты в обобщающие таблицы. В противном случае за ежедневной суетой диссертант может и не заметить (!) изменений, которые он сам же внес в методику.

7. Не увлекайтесь процентами

Заблуждение седьмое: подсчет процентных отношений при малом объеме выборки. Согласно давней традиции, проценты можно подсчитывать только при числе наблюдений ( n) не менее ста. Поэтому в клинических работах процентные показатели применяются чаще, чем в экспериментальных.

8. Здравый смысл никто не отменял

Заблуждение восьмое заключается в недоверии к здравому смыслу. Читаем:

«С помощью ЦТЛ нами обследовано 68 больных ЯБ. Оказалось, что больные отдают предпочтение определенным цветам (желтому, фиолетовому и красному). По формуле, где учитывается место зеленого, красного, желтого и фиолетового цветов, определяют индекс. При значении индекса более 0,139 диагностируют наличие ЯБ (р < 0,002)».

Вы не поверите, но это — полный текст работы Способ диагностики язвенной болезни двенадцатиперстной кишки (ЯБ) цветовым тестом Лютера (ЦТЛ), опубликованной четырьмя далеко не начинающими исследователями (к счастью для их репутации, очень маленьким тиражом). Позднее трое из четверых будут отрицать свое авторство и даже клясться, что ее вообще не читали, но каждый из них включит ее название в свой личный список научных трудов. (Все мы работаем на собственный некролог: «За время своей долгой и плодотворной научной деятельности XYZ опубликовал более n+1 научных работ».) Но вернемся к содержанию публикации. Тест Люшера отражает эмоциональное состояние человека. Если вам скажут, что у вас ЯБ, вы, наверное, загрустите. А после обеда, который для вас состоял из тарелки протертого супчика, к вам приходит пышущий здоровьем сытый доктор в свежем халате и показывает вам цветные картинки... Далее понятно? Что должны были сделать исследователи в этом случае? Они должны были определить свой индекс:

• в группе здоровых (контроль);
• у больных, поступивших в клинику с подозрением на ЯБ, то есть еще до подтверждения диагноза;
• у больных, поступивших в ту же клинику с подозрением на наличие другой болезни, скажем язвенного колита;
• у больных с подтвержденным диагнозом какого-либо серьезного заболевания внутренних органов.

Потом авторы должны были показать, насколько данные у ЯБ-больных отличаются от неЯБ-больных и тем более — от здоровых. К тому же все это должно было выполняться в условиях двойного слепого контроля! А, прежде всего, следовало задуматься, с чего бы это вдруг природа стала делать вам такие роскошные подарки — психологический признак, статистически высоко значимо (вероятность ошибки менее 0,2 %) отражающий весьма специфический патологический процесс, да еще в конкретном внутреннем органе. В общем, доверяйте своему здравому смыслу. Может быть, он и неприменим в высокой физике, но вам еще послужит.

9. Ограничьте число консультантов

Диссертант, претендующий на степень кандидата наук, избавлен, по крайней мере, от необходимости выбирать себе консультантов. У него есть научный руководитель, и, если по поводу содержания уже написанной диссертации надо получить чей-то совет, руководитель получит его сам, а диссертанту даст уже совершенно конкретные указания по поводу того, что надо в тексте изменить. Соответственно, руководитель несет ответственность за то, чтобы следование совету не разрушило смысловое единство работы.

Лица, решившие стать докторами наук, как и полагается, попадают в более трудное положение. Согласно известному принципу, продуктивность работы комиссии обратно пропорциональна квадрату числа ее членов. Вряд ли это наблюдение было получено в результате строго проведенного исследования, но жизненный опыт подсказывает, что оно недалеко от истины. Обращаясь за помощью к двум консультантам, вы увеличиваете затраты вашего времени и сил на редактирование диссертации примерно в четыре раза. Если консультантов будет три, то 3² = 9. Если же вы привлечете четверых, можно делать ставки на то, что вы так и останетесь без искомой ученой степени. Простая аналогия: лечиться лучше у одного врача, чтобы других специалистов он сам привлекал в качестве консультантов, а не перекладывал на вас тяжесть принятия решений.